UNDERDOG

Объявление

ванкувер ○ март 2026 ○ сверхспособности

СЮЖЕТFAQCПИСОК СПОСОБНОСТЕЙЗАНЯТЫЕ ВНЕШНОСТИ
ИМЕНА И ФАМИЛИИПРОФЕССИИНУЖНЫЕШАБЛОН АНКЕТЫ
АКЦИЯ 1АКЦИЯ 2

эпизоды ○ nc-17

ОБЪЯВЛЕНИЯ АДМИНИСТРАЦИИ
Seymour HagenNickolas Greymark
Helen WilkersonCasey Houston

Всем любителям побегов из «Прометея» читать ПОСЛЕДНИЙ ПУНКТ
В F.A.Q. был добавлен пункт о ТЕХ.ПРОГРЕССЕ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » UNDERDOG » БУДУЩЕЕ / ПРОШЛОЕ » teambuilding


teambuilding

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

TEAMBUILDING
http://i.pinger.pl/pgr348/d628543400289b7c505f671a
Vincente Essex, Daniel Breier ○ 19 марта 2025 года ○  подземная база сопротивления, тренировочные помещения и прилегающая территория
• • •
Не так давно сформированной боевой группе предстоит научиться не только правилам ведения нечестного боя, но и доверию друг к другу. Поэтому "учебные" (и не учебные) тревоги у них бывают часто и со вкусом.

Отредактировано Daniel Breier (2016-02-25 22:46:51)

+2

2

Это была самая первая группа, которую он взялся обучать, и вел их уже три месяца. Он не говорил обычно о том, что за это время они стали другими, показали неплохие результаты и из разношерстной кучки стали чем-то более-менее напоминающими диверсионную группу. До шпионов экстра-класса как до Нью-Йорка через Пекин, но всё же. Впрочем, за похвалу у них отвечал Ричард, он был гораздо мягче, позитивнее и занимался с ними именно затем, чтоб снимать напряжение. Хотя этим и сам Винс периодически занимался, понимая, что они все же обычные ребята, многие из которых вовсе и не хотели никакой армейской дисциплины и винтовку в руках, но обстоятельства вынуждали. Его не пугал факт, что половина из них может его ненавидеть всеми фибрами души: после первой же серьезной вылазки все те, кто выживут, будут благодарить Б-га и его.
Тренировки очень часто шли два раза в день, и на вечер Эссекс оставлял что-то интеллектуальное. Вроде бы не логично, потому что ко сну мозговая активность снижается, нежели после пробуждения, но он на этот счет раздавал всем сладкий чай с шоколадом, а так же стремился приучить, что думать головой максимально эффективно может потребоваться даже посреди ночи после двух часов сна за последние трое суток.
Вчера он заставил их играть, смоделировав в тренировочных помещениях два штаба, выдав задания, назначив шпионов. Цель стояла от большего к меньшему - либо предотвратить действия противника ещё до начала, либо справиться с ними во время, либо уйти с минимальными потерями. Для шпионов - не попасться. Не столько обучающие действия, сколько тимбилдинг и возможность для Эссекса оценить их таланты и навыки.
Сегодня они уже с самого утра успели поработать на ОФП. В марте уличные тренировки ещё слишком грязно и холодно, но в декабре их Прометей не спросит, комфортно ли, не задувает ли ветер, снежок не лезет ли в глаза. Если они доживут, разумеется, но Эссекс старался поменьше добавлять эту фразу в свои мысли - он хоть и был в определенной степени циничен ввиду богатого жизненного опыта, но знал, что это всё следствие некоторого излома характера из-за произошедших событий, а вовсе не то, чем можно гордиться.
Теперь был вводный курс в ножевой бой, то, что они обходили стороной ранее, но при том умения ценные и полезные. В общем, Эссекс считал, что это может спасти жизнь - они окажутся в разных ситуациях.
Когда он что-то рассказывал и показывал, не требующее в данный момент практической отработки, то Винс заставлял группу садиться перед ним, скрестив ноги по-турецки. Так сложно сидеть долго, нужна растяжка, ноги затекают, сбивается концентрация, но жизнь вообще нелегкая штука, а заниматься с ними ещё и растяжкой у Эссекса просто не было времени, потому он им тонко намекал поначалу, а потом и вовсе прямо сказал, что они должны уделять этому минут двадцать в день.
Винс как раз рассказывал про захваты:
- Три пальца. На случай, если нужно больше маневрировать, или большой с указательным вам уже отрезали. Не держите нож лезвием вниз, так бьются только в кино. В реальной жизни это выдает в вас новичка или того, кто неготов драться всерьез. Это защитная позиция для предплечья, которая значительно сокращает вам расстояние...
Сначала Винс немного повернул голову вбок, вздернул одну бровь вопросительно, скосил глаза, пытаясь получше рассмотреть идущего к ним. Рука сама собой перехватила нож так, чтоб он мог отправиться в свободный полет при необходимости, но Эссекс додумался повернуться так, чтоб увидеть неожиданного визитера.
Он знал его. Если быть точнее, то о нём - Эссекс постарался запомнить обо всех, кто выделялся в их сопротивлении, а ещё лучше и особенно хорошо о тех, кто не выделялся.
Дан Юргис, для Винсента Дэн ввиду привычки и легкого акцента, был очень подозрительным типом. Как минимум потому, что он был ученым из Прометея. Эссекс знал разных ученых, и вот такие с развитой мышечной массой обычно оказывались не учеными вовсе. Тот говорил немного и коротко о том, что тренировка окончена, и их ждут в штабе, Винс за это время успел нахмуриться, поднять брови, снова нахмуриться, но ничего не сказал кроме:
- Вечернее собрание в девять как обычно, - его покидали достаточно быстро, видимо, тоже ощущали, что они что-то не закончили, и сейчас это может продолжиться, так что лучше судьбу не испытывать. А вот Эссекс был более рисковым по жизни, - мистер Юргис.
Лицо у него явно выдавало принадлежность к еврейскому народу, а это вело за собой ряд вопросов, например, про бармицхву со всеми вытекающими.
- Постойте, - Винс не двигался, продолжая сидеть как йог, и указал на пространство перед собой, - вы координатор боевой группы, верно? Давайте обговорим с вами пару моментов. Первый касается непосредственно расписания, по которому вы решаете у меня их забрать.
Винс смотрел абсолютно добродушно, даже моргнул пару раз, но это естественно не были его натуральные эмоции.

+2

3

В функции Дана, помимо основных, входило так же и все остальное: пойди, скажи, объясни, расскажи, запиши и отдай. Он был бы и рад тренироваться вместе со всеми, в виде самого последнего рядового, но командир решил иначе. Полезная способность, и на лице у него читалось – пригодишься и не помешаешь. Дан не обижался, но особым теплом к этому, насквозь военному, мутанту симпатией не проникался. Впрочем, от него ее никто и не требовал. Проникаться к кому-то симпатией в данной ситуации вообще было бы очень глупой идеей.
Они общались всего два раза – один раз, когда его попросили продемонстрировать способность, и второй – когда его способность подтвердилась. Командир тогда выглядел злым (сомневался, конечно, «гадалкой» назвал) и пообещал приглядывать. Брайер пожал плечами и спросил, можно ли ему тренироваться со всеми. Со всеми – нельзя, был ответ. А так можно. Под присмотром.
Все под присмотром – под пристальными спокойными (или любопытными) взглядами, хотя, стоило думать, все, что о нем могли узнать, уже узнали. И ничего там не было такого, Дан предпочитал быть честным если не с собой, так с другими точно.
Его способность развивалась скачками. Сначала ничего не менялось – картинки, звуки, люди, затем те же картинки, но немного о другом, и скоро Дан начал понимать, какие именно действия приводят к тем или к другим изменениям. Именно поэтому он был здесь – и, возможно, именно это было одной из причин, почему ему начинали доверять. Еще ни одного провала. Процент погибающих незначительно снизился – где-то Дан просто не видел, о чем-то не знал, а где-то последовать его советам просто было невозможно. Кому-то же совет обойти дерево с одной стороны, а не с другой, казался абсолютно глупым. Вот это обычно заканчивалось не очень хорошо. Но никто ни разу не сказал Дану ни «да, ты был прав», ни «это твоя вина». Рядовой состав держал при себе все свои мысли, а старшее командование просто было чуть умнее. Дан был здесь совершенно ни при чем. И в некоторых ситуациях приходилось пожертвовать одним или двумя, чтобы спасти всю группу. Даже если погибшие были чьими-то возлюбленными, братьями, сестрами, отцами, матерями.
Но именно к этому было тяжелее всего привыкнуть. К тому, что людьми можно играть как в шахматы. Что то, чем он занимается – это шахматы и есть. Подставить пешку – спасти королеву, и вся эта вот херня. Еще немного, и он будет относиться к этому совсем спокойно. Просто фигурки (боец 1, боец 2 и так далее) с числовыми маркерами, одного снимаешь с доски, а остальные на месте. Именно «на месте», а не «выживают». Никто не умирает и не выживает, пока ты не видишь это своими глазами.
Дан хотел бы увидеть, но ему сказали всего один раз, что он должен оставаться на базе – и он понял. Сложно не понять.
Кроме тех видений, что «по заказу», часто случались и внезапные. Правда, чем глубже в будущее мог заглянуть Дан, тем они становились реже. Одно из таких видений настигло его за обедом. Прервав трапезу, он покинул совершенно пустую в это время столовую, и направился к командиру своей группы, которому и доложил обо всем, что видел. Сел за стол и в специально изобретенную для этого форму внес все варианты. Рассчитал потери в каждом случае, выделил цветом наименее опасный вариант и предоставил все на суд командира. Решать, в конце концов, предстояло именно ему. И то, что Дану виделось вариантом с наименьшими потерями, вполне могло оказаться «абсолютно нереальным ввиду несоответствия поставленным перед группой задачам». Ну, если «ввиду», то кто же будет спорить.
На просьбу всех немедленно собрать Дан отреагировал кивком и первое, что сделал – взял свою куртку из комнаты. Группа сегодня занималась на улице. Не то что бы прям издалека, но Брайер успел достаточно приблизиться, прежде чем тренер соизволил прерваться и обратить на него внимание. Остальные глаза уставились на Дана спустя несколько мгновений – конечно, ведь его появление не сулило ничего хорошего.
- Я прошу прощения, что вмешиваюсь, - вежливо, но довольно жестко сказал Дан, давая команду немедленно направиться в штаб и, по ходу дела, несколько мелких и ценных указаний. Вроде того пресловутого дерева, которое нужно обойти. И все это – стараясь не рассматривать бойцов, чтобы не понять, что, независимо от выбора командира, погибнет вот этот или вот тот. Поэтому он смотрел на тренера, который был очевидно заинтересован в их беседе. Можно понять.
- Да, мистер…Эссекс? – тренер боевой группы был британцем, и это было так странно. Не сказать, что в Канаде было мало британцев, в ней было много всех, но все же…
Они до того не пересекались. То есть, Дан знал, кто тренирует его группу, потому как был в этом лично заинтересован, но пока что с этим вопросом не подходил. Садиться он не стал. Встал перед тренером, сделал небольшой шаг назад, чтобы не возвышаться над сидящим, спрятал руки в карманы куртки и наклонил голову.
- Решение о том, когда группа отправляется на задание, принимаю не я. Графика у них нет.  Я прошу прощения, что прервал вашу тренировку, но я тоже выполняю приказ.

Отредактировано Daniel Breier (2016-02-27 20:04:43)

+1

4

В принципе, когда ты много лет смотришь на террористов, социальные низы, крысятничество и сам живешь в сплошном обмане под личиной, создавая вокруг себя образ другого человека, которым не являешься, то наивность в конечном итоге улетучивается окончательно, если она конечно оставалась в неком проценте к этому времени.
У Эссекса её выбили ещё в Кембридже. Но он тем не менее был рад, что учился там, потому что, несмотря на горячее время, которое несло в себе сплошные ужастики и отсутствие будущих перспектив, он всё ещё мог похвастаться образованием и опытом, которые автоматически делали его кем-то значимым, знающим, и, кажется, то, что он англичанин, смущало людей гораздо меньше, чем канадцы из Прометея.
Оно и логично, хотя в случае Винсента подозревать кого-то - лейтмотив жизни. Он тут по факту был сам чужаком, у которого нет друзей, знакомых, коллег, тех, кто его бы позвал с собой, и тех, кто дорожил им достаточно, чтоб прикрыть спину, потому ответственность за себя Эссекс чувствовал только за собой, хотя тем не менее его не просили в оперативные вылазки, у руководства ополчения, несмотря на некий не профессионализм в структуре, были мозги, и они не подставляли ценные, опытные кадры под пули. Вот Винс определенно был ценен, и пока тут не было с десятка таких же, как он, его берегли. Не то что бы отдавали лучшие кусочки мяса за ужином, но всё же.
А вот этих ребят, кажется, отправят на бойню. И, кажется, часть не вернется. Эссекс знал, что посмотрит на них как обычно, отправил дальше тренироваться и учиться, и они уже не будут делать это так неохотно только лишь потому, что он заставляет, просто это их первый раз, после него они поймут больше.
Винсент всё ещё старался выглядеть дружелюбно, смотрел на своего собеседника снизу вверх, пытаясь понять, тот не хочет садиться, потому что боится заработать цистит на холодной земле, или потому что не считает нужным долго разговаривать.
- Ммм, - Винсент покивал на его слова так, что стало ясно, что за этим конец разговора не последует, - мистер Юргис, в качестве кого вы служите в ополчении?
Не в качестве пушечного мяса, не в качестве лабораторной крыски, всё же координатор группы должен иметь какой-то в ней вес. Так казалось Винсенту - амбициозный человек будет отстаивать свои взгляды, но были ли эти взгляды, или как положено подозрительному сотруднику Прометея - ему всё равно? А не он ли их направлял на всё это действо, потому что не выгодно взращивать в оспротивлении молодых и сильных бойцов?
- Эти ребята ещё не готовы, вам стоит послать кого-то другого. В ополчении есть более опытные люди, а из этих вернется половина, и хорошо, если вернется, - Винс как-то разом помрачнел, разогнул ноги, едва не стукнувшись ими о ботинки визави, и поднялся, подхватывая с земли свою армейскую куртку, которой было плевать, снег, дождь или грязь. Винсенту после ирландцев в общем-то тоже. Неприхотливость и умение жить в разных условиях сделали ему доброе дело в конечном итоге.
С Даном они были почти одного роста, но из разного общества, и Эссекс прикидывал широту плеч, а так же анализировал заметный ступор на произношении его фамилии.
- Вы же координатор группы, верно? Должны понимать, о чём я, - говорить он стал чуть тише и теперь, когда они были на одном уровне, Эссекс немного подался вперед, - вы уж определитесь, кого хотите видеть в группе - пушечное мясо, которое может продержаться чуть дольше обычного, или же подготовленных бойцов. Я ведь могу и не гонять их так! Кстати...
Винсент пальцем указал на его левое плечо.
- Пробирки тяжелые, да?

+1

5

Эссекс смотрел на него снизу вверх, и создавалось такое впечатление, что когда-то давно Дан умудрился наступить ему на любимую мозоль. Маловероятно, что так и было, потому что они точно не были знакомы прежде. И, насколько Дан знал, в привычки тренера входит терроризирование окружающих своей подозрительностью. Впрочем, это все, что он знал. И подобная подозрительность, естественно, рождала ответную. Вопросы, заданные так напористо и прямо, вызывали желание замкнуться и выставить блок.
Дан нахмурился. Что ответить – правду? Огрызнуться и уйти? Может, это какая-то очередная проверка? Он не отказался бы от кого-нибудь вспомогательного видения, но у рассудка были свои планы – сам справишься.
- Я так понимаю, вы не знаете, какие функции выполняет координатор группы, и почему я единственный, ради кого придумали такую должность?
Что это – личная неприязнь? Бывает такое, что человек тебе не нравится просто потому что кого-то тебе напоминает. Или, скажем, ты всегда мечтал отправляться на боевые задания, а тебя заставляю тренировать салаг…хм. Брайер подошел ближе, не обращая внимания на вытянутые ноги, все еще держа руки в карманах. Если случится конфликт – у него не очень много шансов против профессионального…военного? борца? бойца? Душа исследователя негодовала: он ничего не знает. Плохо, Брайер, критически плохо.
- Я вижу будущее и знаю, как изменить то, что вижу. И если командир прислушивается ко мне, то потери можно минимизировать, а ситуацию – стабилизировать.
Несмотря на выразительное спокойствие обоих, в смысле сказанного была скрытая агрессия. И Дану очень хотелось ответить с вызовом  – вербально донести до тренера, что его не очень трогает чужое мнение, и что он делает все для того, чтобы эти мальчишки остались живы – и что сам он об этом знает.
Эссекс подскочил на ноги так резко, что заставил Дана снова отступить на шаг назад. В его словах был упрек – весьма резонный, конечно, но адресованный абсолютно не тому человеку.
- Опытные люди? Здесь? Что-то я не припоминаю ни одного из них, когда формировали группу. Никто не хочет умирать, - и с нажимом добавил, - и можно не умирать, если каждый будет делать то, что должен. Я услышал ваше мнение. Безусловно, я согласен. Но я повторяю: приказы отдаю не я. Почему бы вам со своим мнением не пойти к нашему командиру? Уверен, ему будет очень полезно узнать, что думает о его группе их тренер.
Дан сделал небольшую паузу в своих словах, перевел дыхание. Он ненавидел конфликты в обычной жизни. Это ведь не игра, где можно было что-то спланировать. Люди обычно совершенно непредсказуемы.
- Все они уже были на боевых заданиях. Кто-то из них справляется лучше или хуже, и это не ваша вина, потому как все люди индивидуальны. Вы об этом знаете, мистер Эссекс? Вы не можете понять, что я не отвечаю за это, а я не могу понять, что лично вы здесь делаете. Это борьба не за ваши идеалы. Или нет?
Брайер опустил голову, глядя на плечо, куда указывал тренер, пытаясь понять, о чем он говорит. Когда, наконец-то, понял, еще раз вздохнул, недовольный необходимостью вправлять чьи-то шаблоны.
- Я не хочу попадать под ваши представления об идеальном ученом. Я играю в хоккей – вы знаете такую игру? Ее очень любят в нашей стране. Я работал инженером, не химиком и не биологом, мы не имеем дела с пробирками.
Честно сказать, Дан был бы рад никого вовсе не видеть в своей группе. То есть, чтобы этой группы не было. Он не был заядлым милитаристом, и где-то в глубине души надеялся, наверное, что все это может закончиться малой кровью. Что их все-таки поймут и примут, как это часто бывало в мировой истории. И с тем, что его приписали к боевой группе, он был внутренне не согласен, хоть и смирился. Если сопротивление решило, что так лучше, то пускай.

Отредактировано Daniel Breier (2016-02-27 20:05:26)

+1

6

Винс качнул головой.
- У меня нет представлений об идеальном ученом. Есть кое-что о жизни, - он сначала секунд тридцать смотрел в его лицо, потом растянул губы в улыбке, ненатуральной, как силиконовая грудь.
Реакция у Юргиса была немного резкой, ему явно не нравился разговор - либо его немного затрахали с чем-то подобным, либо пахло горяченьким, и Винсент был недалеко от цели. Трудно сказать, потому что других исходных данных не имелось. И Эссекс не мог их получить по щелчку пальцев, хотя бы потому что он сам тут был единичным экземпляром с британским акцентом, который к тому же не отличался чрезмерным дружелюбием и общительностью, имея репутацию некоторого засранца, умеющего гонять на плацу, орать и дающего понять, что стоять на кулаках минут десять подряд это вполне себе реально. Собственно, он вообще мог доказать реальность многих вещей, и как настоящего тренера, его нельзя было убедить, что ты сейчас умрешь.
Как и нельзя было убедить, что перед ним все верные и преданные сопротивлению, а не двойные агенты. Наверное, дело было в том, что он сам очень долго таковым являлся, причем очень качественным, его точно не подозревали, там кроткий разговор - любые подозрения как минимум отлучение сразу, а так типичный исход это тело где-то в очень труднодоступных местах. Так что Эссекс, живой и невредимый, являл собой пример хорошего шпиона с актерскими талантами и умением внедряться. А он же явно не один такой молодец, может, этот Югрис тоже.
О своей бытности в ИРА, допустим, Эссекс не распространялся, только лишь о британской разведке, и то об этом знал лишь лидер и те, кому он посчитал нужным сказать, если посчитал. Вроде как некоторую информацию распространять не стоит.
В свою очередь, Винс был пронырливым, и то, что ему не говорили, предпочитал добывать сам. Таки навыки разведчика и шпиона ему в этом помогали очень даже неплохо, потому некая степень осведомленности была на его стороне.
- И я знаю, что такое хоккей. А ещё у меня нет идеалов, это не время идеалов, и это не борьба, - вышло как-то едко, немного злобно, но в данном случае направлено не на Дана, а в принципе к жизни и тому, что в ней происходило, - это трепыхание мотылька у фонаря или предсмертная агония, как вам больше нравится. Но всё в наших руках, если уж на то пошло... А вы бывали на боевых заданиях? Военных учениях? Хотя бы имитациях? Мистер Юргис, все их провалы - это мои провалы, нет никакой индивидуальности. Но пока я не получу достаточно времени, они будут проваливаться. И я занимаюсь здесь тем, что обеспечиваю им процент выживаемости. Как и вы. Только всего не предвидишь.
Эссекс пожал плечами, мол, что поделать и уставился Дану в глаза своим долгим немигающим взглядом. Он был возмущен, он не знал многого о самом Винсенте и его реакциях, о его мотивации. В этом есть некий плюс.
- И это не единственное, что я могу вам сказать про сепаратистов, сопротивление и то, чем обычно кончается подобное. Если вы думаете, что вы или я когда-то ещё будем жить хорошо, нормально, то зря - это вряд ли. И не факт, что вообще будем жить, но не будем о грустном, вы ведь тоже не просто так решили потратить своё время и свободу на это. Впрочем, уже не моё дело.
Эссекс вежливо, по-английски в типичной манере ему кивнул. Не его дело было только на словах, по факту же это был самый интересующий вопрос. И у Винсента был шанс проверить, так ли Дан заинтересован в этой группе.
- Мистер Югрис, ещё я знаю, кто такой связной. Мы с командиром не очень хорошо понимаем друг друга, полагаю, что вы видитесь и общаетесь гораздо чаще, чем я с ним, так почему бы вам не обсудить пару важных моментов. Для начала, я бы хотел вас попросить сообщить ему, что если он будет вырывать группу во время обучения и дальше, то ему стоит сменить обучающего. А далее... Если хотите, присоединяйтесь к моей тренировке в пять часов ровно. Обсудим остальные моменты.
Эссекс немного наклонил голову в бок, как бы спрашивая, устраивает ли такой вариант.

+1

7

О политической борьбе Дан знал очень мало. Все вот эти штучки с доносами, манипуляциями и прочем-прочим-прочим были от него очень далеки. Наверное, сам он был безнадежным идеалистом, который читал слишком книг, но именно сопротивление казалось ему самой настоящей борьбой идеалов. Потому что, черт возьми, только идеализм может привести человека туда, где его непременно убьют.
- Тогда я совершенно не понимаю, что здесь делаете вы, - Дан прищурился. Лучшая защита – нападение, особенно когда уже жалеешь, что тебя нелегкая принесла к этим невротикам-ополченцам. – Не идея, не патриотизм, не деньги… Тогда что?
В упадочном пессимизме Эссекса было что-то от кадровых военных. Не так много военных случалось на жизненном пути Дана, но все же – были. Люди, которые много раз видели смерть, не особенно надеются на свое светлое будущее. Но и они не станут тренировать тех, кто заведомо уже погиб.
- Нет, я никогда не бывал, - спокойно ответил Брайер. Хотел бы – но не бывал. Просто потому что хватит двадцати лет работы в лаборатории, пока уже что-нибудь сделать на самом деле стоящее. Можно, это тот самый идеализм, который оправдывает его появление в сопротивлении. Смерть брата – да, аргумент, и никто сильнее всего не ненавидит правительство, чем идеалисты, вынужденные раз за разом сталкиваться с обманом и подлогами при работе в нем.
Никто не говорил, что сопротивление от и до право. Но в данной ситуации вообще, кажется, не было правых и неправых.
Промозглый мартовский ветер стал сильнее, тряхнуло последним колким снегом. Дан вытащил руку из кармана для того, чтобы поправить воротник куртки. Было не холодно – было неприятно. Как и то, что тренер говорил. Брайер и сам знал, что большинство из боевой группы рано или поздно погибнет, после чего будет заменено кем-нибудь другим. Люди, в конце концов, отлично заменяются друг другом. В случае с боевой группой это было отчетливо заметно. Дан смирился – тренер, видимо, не мог.
Но все оказалось куда более прозаичным – если было правдой, конечно. Эссекс просто не ладил с командиром группы – а он вообще, интересно, с кем-то ладит с таким характером и напористостью?
А на самом деле, если это и была уловка, то весьма удобная для Дана (все уловки, скажем, обычно заманчивы, но Брайер, как ни старался, не мог предложить, в чем здесь подвох). Он ничего не теряет, если поговорит об этом с командиром (в конце концов, он совершенно согласен с тем, что отправлять на боевые задания необученных мальчишек – плохая идея, просто никогда особо не задумывался над этим).
- Хорошо. С командиром я поговорю, - хотя по поводу связного Дан решил промолчать, остальное его, в общем, устраивало. – Да, и к тренировке я присоединюсь.
Может, это и не очень хорошо – в обход приказа, который вполне четко давал понять, что тренироваться с основной группой не следует. Так может, это вовсе и не приглашение на тренировку, если так посудить. Это всего лишь возможность спокойно пообщаться, пока остальные будут наматывать круги по полю или залу. Да. Успокоить свою совесть было не так уж и сложно, с чем Дан успешно справился. Он глянул на часы – уверенности, что к пяти вечера группа вернется, у него не было. Зато было представление, каким выразительным взглядом одарит его тренер, если группа вернется в неполном комплекте.
- Если это все и прочее мы обсудим позже, то я пойду. Перед тренировкой я успею поговорить с командиром. И расскажу о принятом им решении.
Налаживай связи, Даниэль, любил говорить его отец. Связи и люди – это самое важное, что есть в жизни. Если честно, то Дану очень не нравилось налаживать связи. Если связи не налаживались сами собой, он предпочитал их бросать и переходить к чему-то другому. То, что отец называл недостатком упорства, Брайер-младший называл рациональным использованием своих сил.
Посчитав, что больше им обсуждать нечего, а тренер вполне может использовать освободившееся время по собственному усмотрению и занимать его не очень хорошо, Дан развернулся и направился назад, к одному из выходов на поверхность из базы. Их было достаточно много и ни один из них не охранялся так чтобы очень серьезно. Было ли это минусом или нет, Дан не знал. В конце концов, он ничего не решал. Так что все, что он мог сделать – это осуществлять связь. Между людьми, которые не могут найти общий язык, и между будущим и настоящим.
Поперек горла уже сидели эти подозрения. Ну, а чего он ожидал?

Отредактировано Daniel Breier (2016-02-27 20:06:01)

+1

8

И этот человек пришел - его шаги Винс слышал издалека, потому что тот шел в обуви по твердому полу, а в это время здесь никто обычно не появлялся, все были заняты своими делами, и именно потому Эссекс выбрал такой промежуток для собственных занятий. Ему было необходимо поддерживать себя в форме, потому что вроде как трудные времена не за горами, и если думать, что это - трудно, то дальше и вовсе апокалипсис.
И Винс ждал только Брайера. У британца в голове действительно не было образа стереотипного ученого, кроме тех самых, британских, что фигурировали во многих шуточках, и он не знал, то ли они рассеянные с памятью золотой рыбки относительно всего, что не касалось их науки, то ли обязательные в каждом своём действии. Что-то подсказывало Эссексу, что это был вопрос индивидуального характера, а не закономерности с зависимостью от профессиональной деятельности. Даже шпионы в МИ-5 отличались друг от друга так же, как морковь от свеклы, хотя было в них всех что-то неуловимо общее, какое-то отношение к жизни, где каждый осознавал её хрупкость, а ещё человеческую слепоту, когда ты имеешь информации на порядок выше обывателей и автоматически относишься ко всем как к детям, без желания что-то доказать. Это же было и у Винса.
- Мистер Брайер, - Винс обернулся и кивнул, пристально оглядывая мужчину. По взгляду стало ясно, что он уже чем-то недоволен, и Эссекс тут же озвучил, - где ваша форма?
Сам он уже был в спортивном костюме, босой, наматывал бинты на ладони и чувствовал, что ещё немного бездействия, и он начнет мерзнуть.
Ему стало понятно, что раньше Дан особо тренировками не занимался, потому видимо Винс его и не видел. Скорее всего его способность просто использовали, но более ничего не требовали, и для Эссекса было непонятно: тренировки это вопрос здоровья и выносливости, важная часть в жизни Сопротивления. Он лично ратовал за то, чтоб сгонять сюда регулярно абсолютно всех, разумеется, тренируя по разной программе в зависимости от роли в подполье, но тем не менее при отступлении или в любой другой критичной ситуации, им нужно, чтоб все люди могли переносить нагрузки, да и вообще жизнь под землей не предполагает пренебрежение тем, что укрепляет здоровье.
В общем, Эссекс за полгода был настолько настойчив, что в тренировочной части были тренажеры, снаряды, форма и даже кое-что из спортпита - потому что однажды Винс сам наведался на вылазку на склад с теми, кто этим занимался обычно.
Немного покопавшись в одном из шкафов, Эссекс извлек оттуда простой, но удобный спортивный костюм.
- Возьмите это. Не волнуйтесь, мы украли это специально для таких целей.
Винс не любил обманываться и говорить "взяли, одолжили". Они действительно украли. И он не стеснялся этого, потому что остальные люди, правительство и Прометей нагло воровали его время, свободу, безопасность и жизнь.
- Вам стоит почаще сюда приходить, можете присоединяться ко мне или остальным тренерам, каждые два часа тут обязательно кто-то есть, мистер Брайер. Итак, вы виделись с командующим? - Винс не думал, что может быть время для стеснения, потому даже не стал предлагать выйти, но и в упор не пялился, перебирая боксерские перчатки и просматривая их на предмет повреждений, таки британец в какой-то мере ценил личное пространство, - я хочу, чтоб вы не думали, что я питаю иллюзий на тему нашей организации. Пока что всё, на что мы похожи, это какой-то Хогвартс или школа для одаренных подростков. Большинство тут мало понимают, что же на самом деле происходит, и чем нам всё это грозит. Для кого-то это игра, а кто-то в глубокой депрессии. И действительно тех, кто может что-то делать - единицы. Именно поэтому вопрос дисциплины, распорядка и требований стоит передо мной во главе угла: мы никто, но всё в наших руках. Может, что-то и выйдет. Не факт, что мы выживем. Что скажите, мистер Брайер? Начнем с растяжки? Как у вас со спортом кроме хоккея?

+1

9

Встреча с командиром боевой группы прошла в штатном режиме. Для начала он высказал неудовольствие работой Дана. Просто потому что почему бы и не высказать, раз такая возможность представилась? Он был недоволен абсолютно всем, также как и Дан, но Дан молчал, а командир высказывался. Для начала, его интересовало (хотя интересовало – это не то слово, потому как услышать ответ он даже не пытался), почему «мистер Брайер» не вернулся вместе с вверенной ему группой, а «проебался где-то в пространстве». В целом, на базе, конечно, было где проебаться, и этот вопрос не ставился под сомнение, но пространство на то и пространство, чтобы быть объективная реальностью и формой существования материи, а не тремя соснами, чтобы в ней можно было заблудиться.
Дан на всякий случай не нарывался на конфликт (потому как для мистера Петерса, отставного военного и командира «Тамадаша», это была совершенно обычная манера общения), поэтому все, что ему оставалось, это спорить мысленно. Это тоже было достаточно интересным мероприятием, особенно с учетом того, что Брайер и Петерс, кажется, жили в абсолютно параллельных вселенных, которым не суждено было пересечься никогда. Во всяком случае, Дан с трудом понимал, в чем заключена суть претензий.
- Хочешь что-то сказать? – отрывисто поинтересовался (хотя скорее потребовал, столько в этих трех словах было наезда) командир, видимо, ожидая четкого «нет, сэр!».
Дан немного подумал. О том, что его, вообще-то, мистер Эссекс попросил донести (то есть – повлиять) свое мнение до командира. О том, что Дан, вообще-то, не очень любил, когда на него орут. О том, что с такой организацией скоро поднимется как минимум вооруженный мятеж, а как максимум – кто-то случайно может выйти из базы и не вернуться. Это не угроза (даже мысленная), это просчет вероятностей. Как результат, «нет, сэр» превратилось в:
- Хочу.
Без какого-либо пиетета, раболепного почтения и желания услужить. Просто у него были вопросы, которые надлежало решить.
- Один из тренеров просил передать, что, если группу выдергивать с тренировок, из них ничего толкового не выйдет. И что в таком случае мы можем…
- Можешь передать, чтоб этот тренер засунул свое мнение себе в задницу, - безапелляционно перебил его мистер Петерс. Дан кивнул.
- Ясно.
- Еще вопросы?
- Больше нет.
Дождавшись (на самом деле нет) благосклонного (на самом деле не очень) кивка, Брайер покинул помещение, чтобы переместиться в свою комнату в ожидании назначенного часа. Вряд ли группа успеет к этому времени вернуться с задания, поэтому он не будет никому нужен. Оставшееся время Дан что-то чертил на бумаге, в отрыве от производства размышляя о том, что «Тамадаш» на данный момент представляет собой сборище овец с быдло-командиром. Хреновая группа, как ни крути. Без десяти пять Дан начал собираться на встречу, которая, видимо, была не только встречей, но и тренировкой самих тренеров. Конечно, в речи мистера Петерса весьма недвусмысленно проскальзывали предупреждения о том, что кому-то тренироваться вместе с группой не следует ввиду явной бесполезности («я бы попросил!»), но ведь группы не было на базе, так? А уж принимать приглашение тренера или нет – это было решение сугубо Дана.
На самом деле это не был немой протест и бунтарство. Просто Брайер в большинстве случаев поступал так, как считал нужным и правильным. Еще когда учился в университете, когда работал в ККА или «Прометее», вот и сейчас не планировал изменять своим взглядам. Поэтому ровно в пять он был в тренировочном крыле, находящимся под ведомством мистера Эссекса. Тот поприветствовал его недовольным взглядом. На вопрос Дан лишь развел руками, потому как чего не было, того не было. Вообще вещей у него было не очень много, и спортивный костюм совершенно не входил в список «самое необходимое на случай, если мы все умрем».
- Ладно, - Эссекс сунул Дану в руки аккуратно сложенную спортивную форму, упомянув, что ее украли именно для таких целей (то есть для тех ничтожных людишек, которые как-то могут прожить без спорта и потому не видят штаны на резинке вещью первостепенной необходимости). Не став спорить (в этом явно не было смысла), Дан начал переодеваться, не обращая на занимающегося своими делами тренера никакого внимания. Тот, видимо, ждал этого момента, потому как, стоило Брайеру закончить переодеваться, задал животрепещущий вопрос. Перед этим сделав еще одну уступку, окончательно вбивающей между ним и командиром тамадашей клин (правда, не было ясно, делает ли он это намеренно, т.е. получив требование не допускать Дана до тренировок, или же интуитивно и из каких-то других соображений?).
- Я с удовольствием присоединюсь к вам, - ответил Дан. Быть может, и без особого удовольствия, но в самом деле присоединится. Конечно же, именно потому что ничего не хочется сделать так же сильно, как то, чего нельзя. – Да, я говорил с ним. Дословно цитируя, он сказал, что вы можете засунуть свое мнение себе в задницу.
Дан развел руками. Никаких трудностей перевода – все звучит именно так, как и было произнесено. Но правило «ты начальник, я дурак, я начальник, ты дурак» действовало испокон веков и, видимо, не собиралось терять своей актуальности.
Еще в первый их разговор Дан понял, что если не во всем, то в большей части он согласен в Эссексом. Неуравновешенные подростки в пубертатном периоде, которые не могут контролировать свою способность – это не есть хорошо. Но и бывшие военные, которым все это должно быть близко и понятнее, которые ведут себя как гондоны (хотя тут уже от человека, а не от должности зависит) – плохие стимулы развития организации.
Дан ничего не видел против растяжки – он кивнул. И улыбнулся:
- Триатлон и дартс, - про триатлон пошутил, про дартс – нет. И, чтобы быть окончательно понятым, пояснил. – На самом деле еще бассейн раз в неделю. Был.

+1

10

Винсент приучал себя думать быстро и одновременно в нескольких направлениях. Он мог думать даже во сне, и это было важным умением, потому что иначе бы продержаться и выучиться в Кембридже, а потом работать в службе безопасности у него бы не вышло. В голове он уже составил программу сегодняшней тренировки - пожалуй, обойдутся без железа, его он и перед снов один потягает, а пока что растяжка с разминкой, и этому парню, не маленькому и крепкому, неплохо было бы научиться бить других людей, в их неспокойное время навык полезный, умение просто необходимое. А потом он отправит его на дорожку побегать - полчаса кардио будет достаточно, чтоб начать развивать должную выносливость.
Группу он тренировал, конечно, не так, больше хардкора, больше занятий на физическую подготовку, да ещё и тест Купера в конце каждый раз они ему сдавали. Но ничего, наступит время, и для них эти тренировки станут легче легкого. Другое дело, что Винс-то продолжит их усложнять.
Раньше-то он читал только лекции, а сейчас в нём обнаружились задатки настоящего тренера, а так же немного деспота и тирана, потому что, чтоб убедить его, что ты не можешь и сейчас умрешь, нужно было действительно прямо сейчас умереть. И то есть шанс попасть под подозрения в симуляции. Возможно, ради такого случая Эссекс даже найдет кого-то со способностью воскрешать и заставит продолжать тренировку.
Из всей группы тренеров, которая на данный момент состояла из четырех человек, он являлся самым жестким и самым обученным, обладающим знаниям не только об армейской подготовке, с которой успел познакомиться в той самой ирландской республиканской, но и другими, гораздо более полезными. К сожалению, к ним в Сопротивление попадало не так много людей, имевших какой-то опыт в силовых структурах, чтоб они могли передать свои знания. Причем, важен был не только факт их наличия, но и умения донести.
Большинство же здесь были жертвами обстоятельств в лице пробудившихся способностей, и у некоторых из них были кое-какие проблемы с Прометеем и личные счеты - таких Винс не очень любил только потому, что эмоции в какой-то момент могли бы перекрыть всё, а это может стать критичным, - некоторые просто хорошо замотивированны, а некоторым было и терять-то нечего. Основной контингент боевых групп, соотношение в процентах приблизительно равное.
Потому Эссекс вздернул бровь на слова о том, что его мнение идет в страну небреющихся кактусов и невстающего солнца. Он мог бы прямо сейчас послать к чертям этого командира с его группой, но понимал, что от них зависит и он сам, и многие здесь, а кроме Эссекса их никто не натаскает. Но Винс не был тем, кто позволял себя посылать в задницу в принципе, а уж тем более, когда вопрос касался дела.
Он скрестил ноги и крепко задумался.
- Вы знакомы с Крис, Даниэль? - выглядел при том Эссекс очень задумчиво, - она пару месяцев здесь. Обладает способностью проходить через предметы, стены, через людей. Очень интересная личность. И любит шалости, кстати.
У Эссекса было слабительное. Не для себя, нет, для помощи другим. Вот, например, для того, чтоб кое-кто понял, что других надо слушать. Был риск, что он загадит им санузел, но оно того стоило. И Винс ни капли не сомневался, что у того полноватого, красноватого мужчины должен быть стакан с водой на тумбочке.
- Дня через три скажите ему, что я неплохо вылезаю из любой жопы, - вот тут он не сдержался от улыбки, и его лицо приобрело вид бывалого заговорщика. - Значит, вы никогда не занимались боксом или другими единоборствами? Славно. Займемся после растяжки постановкой удара. А сейчас начнем с рук. Повторяйте за мной.
Упражнения были не сложными, но несколько болезненными, впрочем, оно того стоило.
- Кстати, я давно подумываю, что нам на базе не хватает полиграфа...

+1

11

В Сопротивлении было не так уж много людей, так что даже с теми, с кем ты не работал напрямую, можно было быть знакомым шапочно. Столкнуться в коридоре, кивнуть и пойти дальше, не зная ни имени, ни какой способностью обладает прошедший мимо человек. В общем, никакую Крис он не знал, тем более если она появилась на базе пару месяцев назад. Допускал случайную встречу, может, в лицо бы и узнал  - но не по имени. Но о наличии в замкнутом пространстве таких людей, которые могут проходить сквозь других сопротивленцев, а так же сквозь предметы и перекрытия, обычно все знают. Особенно если данный человек отличается не самым скромным нравом и лезет всюду. Быть может, это был обычный слух, но Дан слышал о том, что не так давно девушка с подобной способностью на спор вломилась в кабинет к Лидеру прямо во время сверхсекретного совещания. Конечно, ее оттуда немедленно выставили, но хватать и держать человека, который постоянно выскальзывает из рук или вообще проваливается в пол, сложновато, не так ли? В общем, Брайер в этот слух верил, потому как примерно в это же время стал свидетелем того, как прекрасны не имеющие физического выражения способности. Особенно это неприятно, когда такие, имеющие выражение, способности, находятся у людей, не шибко способных ими управлять. Если Крис была единственной девушкой со способностью  к фазированию, то, пожалуй, они были знакомы. Во всяком случае, мимолетно. Некая милая леди с подобной способностью, которой она, к тому же, хреново управляла, жила прямо над ним. И неизвестно, с кем она воевала или от кого сбегала во сне, но кровать и пол для нее были слабым препятствием. Она просыпалась от сильного удара, от него же просыпался и Дан. На второй раз он уже не удивился, просто поднял девушку и выставил за дверь, после чего снова лег спать. Это еще что – пара синяков да испуг, - а вот черт знает, кто жил за соседней стеной, которая иногда нагревалась так, что лежать рядом с ней было просто невозможно.
Когда Винс говорил, что они похожи на школу для одаренных подростков, а не ошибся. Это был просто какой-то цирк-шапито.
И упоминание о том, что Крис любит шалости (а так же улыбка Винсента) не сулила ничего хорошего. Может, не лично Дану, а вообще. В принципе. Хотя, казалось бы, уж тренер-то должен быть серьезнее – а оказалось, показалось. В его речи было изрядно благородных британизмов, акцент, что не мешало ему именно сейчас казаться старшеклассником, выдумавшим, как насолить нелюбимому учителю.
В британском произношении Дан звучал как Дэниэл, хотя никаким Дэниэлом он не был вовсе. Все вокруг привыкли, что он представляется так, как с детства звал его отец – Дан, Даниэль, на центральноевропейский манер, откуда, собственно, он и был родом. Но об этом знали не все.
- Просто Дан, - поправил он. Если уж они будут заниматься, все лучше, чем слушать это постоянное «мистер Брайер» и «Дэниэл» с этим акцентом.
- Я передам, - неохотно ответил Дан. – Но я не уверен, что это сойдет с рук. Петерс гондон, а не дурак. Даже если он не поймет сразу, после того, как я ему это скажу, к нам будут вопросы. И к любящей шалости Крис тоже. Это, я бы сказал, ну…не решит проблему.
Впрочем, Дан быстро перестал об этом думать, решив, что предложенная неведомая шалость – всего лишь шутка. Растяжка, движения, которые Брайеру приходилось повторять за тренером, быстро выбили из головы все лишнее. Назад вдувалось тоже с трудом.
- Полиграф? – переспросил Дан. – Я тоже об этом думал.
Полиграф тоже можно было обмануть. Но Дан, например, не знал, как. И если бы это решило все вопросы о его лояльности сопротивлению, без проблем прошел бы проверку. Брайер посмотрел на Эссекса: тот не выглядел человеком, который мог бы просто разговаривать сам с собой. Нет, наоборот, если он сказал про полиграф, то он чего-то ждал. Чего?
- Я не так давно в Ванкувере, - признался Дан на случай, если вдруг приезжий-из-за-моря-Эссекс ожидал от него адресов, паролей и явок организаций, использовавших детектор лжи в своей работе. Поэтому он мог лишь предполагать. – Он должен быть у копов, наверняка есть у «Прометея», у крупных организаций, может быть… В любом случае, стучаться в каждую дверь и спрашивать – эй, у вас нет полиграфа погонять? – мы не можем. Нам нужен кто-нибудь из поисковиков.
Он мог бы сказать «ищейка», но это звучало слишком по-прометейному, поэтому он не сказал.

Отредактировано Daniel Breier (2016-03-05 17:17:47)

+1


Вы здесь » UNDERDOG » БУДУЩЕЕ / ПРОШЛОЕ » teambuilding


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC